Дневник А.М. Соболева

По электронной почте в сентябре 2011 г. музей получил дневник и фотографии, принадлежавшие Алексею Михайловичу Соболеву. Все эти материалы прислала его внучка Мария Дмитриевна Соболева, которая проживает в настоящее время в Москве. Мария Дмитриевна сообщила о своем дедушке следующие сведения:

«Когда началась война Алексею Михайловичу было 12 лет, и он с мамой из Москвы эвакуировался под Муром. Именно этот период своей жизни он описывает в дневнике. После войны вернулись в Москву.

Он жил с мамой, преподавателем МГУ, биологом Гали Васильевной Соболевой (именно Гали, а не Галиной), и старшей сестрой Наташей, ставшей впоследствии переводчиком. Жили они в Измайлово, на Главном проспекте, в деревянном двухэтажном доме, практически без удобств, зато близко к природе. Отец, антрополог и евгенист Михаил Волоцкой, жил от них отдельно, так как вскоре после рождения Алексея у него появилась новая семья. Однако его вторая жена умерла вскоре после рождения дочки Зои, а в 1944 году Зоя стала полной сиротой - умер и отец. Это может показаться странным, но впоследствии, на протяжении всей жизни Зоя и Алеша были довольно близки и дружны. Алексей не захотел быть Волоцким, и при получении паспорта взял себе фамилию матери, да и дневник подписан "Дневник Соболева".

После войны он поступил в МГУ на биологический факультет, а в качестве специализации выбрал биохимию растений. В 1952 году он женился и у него родился сын Дмитрий. Алексей Михайлович был человеком довольно задумчивым и рассеянным, очень любил растения - кажется даже, больше, чем людей. А описанная шахматная партия с Наташей не была для него последней - шахматами он увлекался до конца жизни, стал кандидатом в мастера спорта и в даже приступ стенокардии не в состоянии был склонить его к тому, что согласиться на ничью. Закончил свою жизнь в 1997 году».

Из воспоминаний Алексея Соболева

«Вот грянула Великая Отечественная война. Женщин с детьми Института антропологии МГУ им Ломоносова, где работала мама, должны были эвакуировать в г. Ашхабад. К тому же начались регулярные бомбежки Москвы. А по сему, досрочно возвратясь в Москву с очередной дачи (в этот год отдыхали под Битцей) мы почти сразу же погрузились в теплушку и двинулись черепашьим шагом на восток.

Был конец июля, в теплушке было ужасно душно, и мы не выдержали и выгрузились в старинном русском городке Муроме. У мамы здесь жили какие-то дальние знакомые, которые и приютили нас на несколько дней. А затем мы погрузили наши вещи на телегу (а может быть и две, точно не помню) и отправились искать более длительного пристанища.

Нашли мы его в одной из приокских деревушек – Урванове, где и прожили около 2 месяцев – конец лета и начало осени.

К сожалению, не осуществилось мамино намерение – преподавать естествознание в школе, так как место это было занято, и ей порекомендовали обратиться в школу другой деревушки, также расположенной на Оке, с несколько зловещим названием «Казнево». Так состоялся наш второй переезд.

В один из сумрачных осенних дней к нам неожиданно явилась Наташа [старшая сестра – прим.]. У нее убили жениха на фронте под Вязьмой, и она, как раненая птица, где-то подлетывавя (подъезжая), а где пешком, с трудом добралась до нас. Наташа поступила в школу, где работала мама, преподавателем немецкого языка, которым она так же, как и английским и французским, хорошо владела. Я тоже учился в этой школе 2 месяца, и наиболее яркое мое впечатление – ужасная дисциплина на уроках Наташи. Трудно описать, что там делалось – по классу летали бумажные голуби, ребята свободно входили и выходили из класса, боролись между собой. Дело в том, что у мамы был большой преподавательский опыт (работа в МГУ), а у сестры – никакого».

 

 

Дневник

22 ноября

Сегодня утром мама мне объявила, что берет меня из школы. Я очень обрадовался этому, но старался показать, что опечален. Директор, к моему удивлению, охотно согласился.

В совете маме сказали, что немцы заняли какой-то город на «Ч». Оказалось, «Керчь». Просто на «Ч» кончается, а не начинается.

После обеда до самого вечера читал А.К. [Анну Каренину, по-видимому – прим.]

Сегодня 5 месяцев войны

23 ноября

Утром ходили с мамой к секретарю читать газеты. Ничего нового из них не узнали. Сводку также не знаем. Переписал маме 2 страницы журнала[Вероятно, из школьного журнала, т.к. мама работала в школе – прим.]. Плата 2 конфеты. Кончил 1 часть А.К. Интересно.

Давали белый хлеб.

 

24 ноября

Утром было очень скучно. От нечего делать рисовал. Радио в Ляхах испортилось и вот уже три дня мы ничего не знаем, не считая, конечно, сплетен. Вечером к нам пришел черниченский мальчик показать маме свою работу. От него мы узнали, что разбили Большой театр и университет и что взяли Севастополь, который, однако, мы потом отбили. Он утверждает также, что от Ленинграда отогнали на 150 км и что немцы сейчас под Новгородом. Правда, наши новые позиции сейчас непрочны. Все это он знает из довольно авторитетных источников.

Сегодня у меня первый день нормальная температура – 36,5. Вечером долго лежал в кровати и читал А.К. Страшно волновался, когда читал про скачки.

25-го

Весь день читал А.К. Кончаю. Нового ничего не узнали. Газет не было.

26-го

Кончил читать А.К., то есть ту часть, которая у нас есть. Мама обещается в скором времени другую. Сегодня в сводке говорится, что бои идут на Волоколамском, Сталиногороском и Росском направлениях. Интересно, куда они пойдут от Сталиногорска. Возможно, что на Рязань и Горький. В таком случае мы окажемся на их пути. Возможно также, что они пойдут на Коломну, Орехово-Зуево и т.д., чтобы окружать Москву. В таком случае мы окажемся в стороне.

Давали белый хлеб и чай. Вечером мама с Наташей пошли к Кузьмину и принесли от него интересный книги. Стал читать Nomo Sum Эберса.

27-го

Сегодня утром читал N.S. Мёл пол, сливал воду с окон, вообще делал то, что теперь делаю каждое утро. Сводка та же, что и вчера.

В сумерки ходили с мамой к Сазонову за рыбой. Пока мама с ним разговаривала, я с его младшим братом пошел кататься на пруд. В поле, где находился этот пруд, было очень красиво. Темно-лиловое небо в контрасте с изумительно белым снегом создавало впечатление какой-то мрачности и настороженности. Покатавшись немного , я пошел домой. Когда я пришел, оказалось, что у меня сильно отморожены ноги. Я лежал на постели и чуть не стонал от боли. Потом мы пили чай, и мне дали маленький кусочек сахара. После чая я лежал на постели и читал N.S. Читал я недолго и скоро лег спать .

Ходят слухи, что в Ляхах и Домнине скоро закроются школы.

28-го

Получил письмо от Кости и очень обрадовался. Сегодня же стал писать ему ответ, но не кончил.

Сводка: бои идут на всех фронтах.

30-го

Сегодня почти весь день помогал маме составлять сводки и таблицы об успеваемости. Бабушка купила в магазине санки. Очень рад. Завтра собираюсь идти кататься.

Часа в 4 пошли с мамой в сельсовет насчет сводки и газет. Сводку там не узнавали. Газет еще не было. Из сельсовета мама пошла куда-то за петухом. Я пошел с ней. По дороге встретили почтальоншу. Перехватили директорские газеты, унесли их домой и читали. Впечатление от газет довольно мрачное. Видно, что немцы продолжают лезть вперед. Между прочим, в газете было, что на подступах к Москве идут бои около г. «И». Решили, что «Икша».

Вечером слышали какие-то странные звуки. 50% бомбежка, 50% ветер.

В сегодняшней сводке говорится, что мы отбили Ростов и разгромили под ним немецкие дивизии.

Вечером читал 2 капитана. Наташа права: очень интересно

1 декабря

Сегодня утром несмотря на ужасную метель и протесты со стороны мамы и бабушки, я отправился кататься с гор на санках. Горы здесь очень большие. Раз в 5 больше, чем в Измайлове. Но сегодня кататься было ужасно: метель намела огромные сугробы. И поэтому, когда санки, съехав вниз, останавливались, то вся моя одежда, особенно штаны, были покрыты толстым слоем снега. Скоро у меня до того отмерзли руки, что я решил идти домой. К тому же все мои чулки промокли, так как в валенки набилось много снега. Не помню, как я дотащился домой. Помню только, что с ревом ввалился в комнату. Чулки, штаны, в общем вся моя одежда, оказались мокрыми. Я переоделся во все сухое, согрелся около горячей печки, лег на кровать и стал читать «Два капитана».

Вечером мама ходила к директору и принесла от него Г.К. за 28-е. Ни слова о положении под Москвой. Вечером к маме приходила П.В. От нее мы узнали, что между Казневым и Ляхами поставили 3 батареи. Сводку никто не знает.

2-го

День сегодня прошел так же скучно и однообразно, как всегда. Подрались с Наташей из-за корки хлеба. Сводка: бои…

В сельсовете маме сказали, что третьего дня по радио говорили, что немцы заняли г. Тихвин. Глядел на карте. На восток от Ленинграда.

С пон<едельника> школа будет работать.

P.S. Ходят слухи, что старшие классы закроют, так как директору неудобно будет работать в две смены. Не знаю, что мы будем тогда делать. Наверное, переедем в Ляхи. Там легче будет достать работу.

6-го

Сегодня утро прошло так же, как и всегда. Читали газеты за 2-е и 3-е. Под Москвой положение стало лучше: в некоторых местах немцы еще продвигаются, но в большинстве случаев их отбивают. Интересно, слышна ли в Москве канонада. По моим подсчетам, они от Москвы километрах в 40. Вот уже больше недели, как ничего не слышно о Туле. Наверное, ее уже взяли. Около Ростова пока побеждают наши.

В сельсовете сегодня весь день никого не было, поэтому сводки не знаем.

По всему нашему району роют окопы.

7-го

Сегодня ничего интересного не произошло. Газеты не приходили. Около Ростова мы взяли Матвеев Курган. Городок км в 30 к северу от Таганрога.

Мама с Наташей ходили к Кузьмину и принесли от него книги. Вечером Наташа читала «Капитан Рыбников» Куприна. Мне очень понравилось. Жалко Рыбникова.

10-го декабря

Сегодня после 2-го урока я с мамой пошел в Ляхи. Цель нашего похода была во-первых, узнать новости, а во-вторых, маме надо было переговорить с Бирюковым, что-то насчет картошки.

Туда мы дошли благополучно. Мама пошла в Исполком, а я остался ее ждать в коридоре. Вскоре мне ее наскучило ждать, и я решил зайти к Мише. Оказалось, что они уехали в Ульяновск. Я вернулся и ждал еще не меньше часа. Наконец вышла мама. Мы с ней пошли в библиотеку и взяли там несколько книжек. Из библиотеки пошли в столовую обедать. В столовой встретили Якоб. Она очень похудела и жалеет, что уехала из Москвы. Обеда не было, и его пришлось ждать целый час. Я был страшно голоден. Наконец подали обед: на 1-е щи, а на 2-е маринованные грибы. Щи мы съели, а грибы взяли с собой. Когда мы вышли на улицу, были уже густые сумерки. Идти назад мы решили нижней дорогой. Когда мы вышли из деревни, было уже почти совсем темно. Мы спустились вниз по какой-то ужасной дороге и вышли на столбовую дорогу, ведущую в Казнево. Между тем становилось все темнее, и мы с трудом различали дорогу. Пройдя немного, мы увидели, что дорога сворачивает к реке, то есть в противоположную Казневу сторону. Несмотря на это, мы решили идти по ней. Но вскоре она совсем исчезла. Мы не догадались вернуться назад, чтобы искать пропавшую дорогу, и пошли напрямик через поле в Казнево. Вскоре мы увидели где-то вдалеке огни и пошли на них. Но вскоре оно погасли. Мы порядком перетрусили и пошли наугад, как нам казалось – в Казнево. Метель намела огромные сугробы, и мы проваливались в них больше, чем по колено. В одном из таких сугробов у мамы соскочила калоша, и мы еле ее нашли. Проблуждав таким образом около получаса, мы вышли на какую-то огромную белую равнину и пошли вдоль нее. «Ока», - мелькнуло у меня в голове. Нет: слишком узка. Чтобы попасть в Казнево, нам надо было ее перейти. Когда мы ступили на нее, то увидели, что она покрыта льдом. Удивляюсь, как мы не провалились: лед под нами все время трещал. Перейдя с трудом эту равнину, мы, к своему ужасу, увидели, что за ней лежит другая такая же равнина, за второй – третья и т.д. Эти равнины отделялись одна от другой только узкими перешейками непокрытой снегом земли. После мы узнали, что это были большие болота, которыми покрыто все поле от нас до Ляхов. Так, перебираясь с одного болота на другое, мы добрались до стога сена. Мы решили вырыть себе в нем «нору» и переспать в ней до утра. Мы уже приступили к исполнению нашего плана, как вдруг мы увидели недалеко от нас на горке огоньки. Это, конечно, было Казнево. Мы собрали последние силы и пошли по направлению на эти огни. Но не успели мы пройти и ста шагов, как эти огни погасли. Было совсем темно. Кругом был виден только белый снег и черное небо. Невдалеке перед нами был виден большой бугор, а на нем большое черное пятно. Я решил, что это песок между нами и Ляхами, и мы взяли направление на него. Перейдя еще не менее десятка болот, мы вышли на какую-то большую дорогу. Мама очень устала и еле передвигала ноги. Она настаивала на том, чтобы мы шли по дороге: «Куда-нибудь приведет», а я – через поле к леску. Пошли по-моему. Местность была все такая же: болота, болота и болота. После каждого болота следовали огромные наносные сугробы, за ними опять болота и т.д. Не помню, сколько мы перешли еще болот. Помню, что перейдя один из таких сугробов, мы увидели столб. Мы вышли на дорогу и через полчаса были дома.

Остается только благодарить судьбу, что не было мороза. Тогда бы мы замерзли

Ф.И. взяли на трудовой фронт. Поэтому Наташа преподает арифметику в 5-м классе, а мама Конст. В 7-ом.

Сегодня сводка: наши войска заняли Тихвин. Япония действительно объявила войну Америке.

11-ого декабря

Сегодня научился колоть дрова: за полчаса расколол 5 больших полен (каждое на 6-8 штук). Очень этому рад. Теперь все дрова буду колоть я, а не хозяева, которые чуть ли не ½ поколотого тащат себе!

Сводка сегодня нельзя сказать, чтобы плохая, но и не очень-то хорошая: наши войска отбили Елец (Елец находится приблизительно в 150 км на юго-восток от Орла. Далеко забрались, черти. Читали газеты, правда, довольно старые, за 5-е и 6-е. Судя по ним, дела под Москвой обстоят обстоят все еще неважно. Особенно на Можайском направлении. На юге бои идут около Таганрога. Последние дни мне страшно хочется в Москву. Скорее бы кончалась война.

1. С сегодняшнего дня у нас будет жить Постникова.

2. Картошки у нас осталось только на 10-15 дней

3. Начинаю ждать ответа от Кости

14-го декабря

Сегодня еще утром был уверен, что получу письмо от Кости. Так и оказалось. В своем письме Костя пишет, что он занимается и надеется на будущий год учится в 7-м классе. В таком случае я последую его примеру, так как хочу учиться с ним вместе. Благо делать нечего. Я очень обрадовался этому письму. Он пишет также, что у них была Над. Ник. и просила нам передать, что ей О.А. сказала, что если мы не перешлем денег за квартиру, то нашу квартиру и вещи «возьмут», как она выразилась. Мама ужасно разволновалась, узнав об этом. Я же уверен, что все это обойдется.

Одновременно с письмом получил Л.К. В нем сказано о поражении немцев под Москвой. Наши начали наступление 6-го декабря и к исходу 11-го заняли гг. Истра, Яхрома, Солнечногорск, Епифань (в Тульской обл.), Михайлов и Ванев (где находятся последние, я не знаю). Кроме того, наши окружаили г. Клин (на с.-з. от Москвы). Я очень обрадовался этому радостному событию. Жаль только, что все равно нельзя ехать в Москву раньше, чем в июне.

После обеда сел писать Косте ответ. Чуть не подрался с Наташей из-за марки, которую она хотела наклеить на свое письмо. Кое-как отвоевал. Боюсь только, что не дойдет: конверт у меня вышел очень большой и грозит развернуться. Ответа жду от 25-го декабря до 1-го января.

Сейчас у нас стоят сильные морозы.

16-го декабря

Сегодня утром колол с Володей дрова. Мы отпилили и раскололи 3 огромных полена. Я очень устал. Хлеба сегодня опять не привезли. Мама ходила узнавать, почему. Сказали, неизвестно. Заняли у директора несколько сухарей. Читали газеты за 11-е и 13-е. Главное место в них занимает война на Тихом океане. Об этом там есть довольно интересная передовая из «Правды». В ней всячески ругается Япония, говорится, что она вероломно напала на США и Англию, и сравнивается это нападение с нападением Германии на СССР. Все это показывает, что у нас тоже сильно ухудшились отношения с Японией. В заключение говорится , что Америка и Англия несомненно победят. Я сам такого же мнения. Вечером к нам пришли Ан. Ив. и Ал. Як. Сам не знаю, зачем. Посидели, поболтали и ушли, а мы поели картошки и легли спать.

Сводку мы знаем, но, кажется, вчерашнюю: наши заняли гг. Клин и Богородск. Кроме того, несколько дней назад по радио говорили, что нами взят г. Ефремов и Ливны (Орловская обл.)

17 декабря

Сегодня Наташа принесла из школы шахматы и мы сыграли с ней одну партию. Я играл белыми. Рискнул рокировать в короткую сторону. Началась атака моего короля. Я ее отбил, и вскоре она перешла ко мне. Объектом для атаки была изолированная пешка черных Е-6. Постепенно усиливая давление, я ее наконец выиграл. Вскоре после этого я выиграл 2-ую пешку, за 2- й – 3-ю, и наконец – 4-ю, после чего черные сдались.

Сводка сегодня необычайно могучая: наши взяли Калинин, Лихославль и, как нам сказали, «Высокого». Я смутно угадываюсь, что это Вышний Волочек. Узнали довольно неожиданную вещь: оказывается, немцы были в 100 км от нас. Маме сказал об этом сын пред. кол. [Председателя колхоза, возможно – прим.]. У них какие-то родственники живут в дер. Сапожки в 50-70 км от Касимова. Сейчас эти родственники в Ляхах и говорят, что в ихней деревне были немцы.

Вчера по радио передавли, что немцы заняли Ясную Поляну и еще 2 пункта ю.-в. Тулы. Теперь каждый день учу понемногу физику. Сейчас дошел до канализации.

19-е

День прошел так же скучно и однообразно, как всегда. Утром играли в шахматы с Наташей. Я чуть-чуть не проиграл и только благодаря случайности мне удалось сделать ничью. Читать мне теперь нечего и я убиваю время тем, что играю сам с собой в шахматы.

В сегодняшней сводке говорится, что нами занятно еще несколько нас пунктов.

Вчерашняя сводка: наши взяли гг. Алексин и Щокино . 1-й на с.з. от тулы, 2-й на юг от нее

21-е

Сегодня все утро читал интересную книгу: сборник «Ранние рассказы» Толстого. Мне очень понравились «Севастопольские рассказы». В сводке сегодняшнего Л.К. говорится, что наши заняли Рузу и еще несколько мелких местечек. Скоро, наверное, дойдет очередь и до Можайска.

Вечером мама пошла к Федору в надежде променять штаны на картошку. Я с ней. Наши штаны забраковали и назвали их поносками. Мы ни с чем пошли обратно. По дороге зашли к пред. кол. , с которой маме надо было переговорить насчет картошки (ее у нас осталось на 3-4 дня). Самой ее не было дома. Мама осталась ее ждать. У них была К.П. за 18-е. Там был приведен интересный дневник служащего Ясной Поляны. Вскоре вернулись домой и весь вечер провели в невеселых разговорах о картошке и о возможно предстоящем голоде. Мама решила идти к Б. и требовать от него картошки. Если из этого ничего не выйдет, будет просить пропуск в Москву. Если и из этого ничего не выйдет, пойдем в Москву пешком.

Мать Наташиной подруги получила письмо, в котором говорится, что ихнюю квартиру заняли, а вещи выбросили. Возможно, что такая же участь постигла и нашу квартиру.

24 декабря

Случилось очень радостное событие: мы решили ехать в Москву!! Случилось это так. Сегодня мы с мамой ходили в Ляхи. Целью было во-1ых выписать картошку, а во-2-ых мама хотела зайти в больницу, надеясь что ей пропишут д.п. Кроме того мне надо было остричься. Первым делом зашли в Райисполком. Маме там дали расписку на 3 мешка картофеля в Григорово. В воскресенье, наверное, поедем получать. Затем зашли в парикмахерскую, а оттуда в больницу. Мама вышла из больницы с радостным лицом: оказалось, что доктор настоятельно советовал ей ехать в Москву. Он просил ее зайти после 1-го января, чтобы окончательно обо всем договориться. Я страшно обрадовался. Вечером окончательно решили ехать. Но самое главное препятствие еще впереди: маму и особенно Наташу могут не отпустить из школы. Однако надеемся, что отпустят. В крайнем случае Наташе придется остаться.

Срок отъезда назначен от 20 дек по 1 янв

Первое время думаем остановиться у папы [Отец жил от них отдельно – прим.]

Нами взят Волоколамск

28 декабря

Сегодня катался на санях с горы. Кататься было замечательно приятно: катались мы втроем: я, Володька и Трушин. Садились на самом верху около Марфы и доезжали до магазина, а иногда и до сельсовета. В общем, не менее 1 км. Правил Трушин. Один раз мы на всем ходу сбили какую-то девчонку. Поделом: не будет зевать. Правда, она осталась жива и невредима.

Утром мама собиралась ехать за картошкой, но председательница не дала лошадь. Наверное, поедет завтра. Сегодня взяли из погреба последнюю корзинку. Весь день с нетерпением ждал почту, так как по моим подсчетам, сегодня должно прийти письмо от Кости. Но с сегодняшней почтой что-то случилось и ее будут раздавать завтра. Кстати, почтальонша вышла замуж за какого-то эвакуированного.

1 Сводка сегодня очень утешительная. Наши заняли Наро-Фоминск и Белев. В Ливии англичане быстро наступают.

2 Сегодня Наташа дежурит в сельсовете.

3. Наше решение ехать в Москву крепнет с каждым днем. Поедем, как только кончится четверть (она кончается 17-го)

4. Ходят слухи, что завтра будут давать постный сахар.

5. По физике прохожу опыт Таричелли

30 декабря

Сегодня получил письмо от Кости. Он пишет, что в Москве ученье начинается со 2ого января. Я очень обрадовался этому. Хорошо, что я проучился здесь около месяца. Теперь будет легче учиться в Москве. Сегодня же послал ответ. Сегодня нам давали постный сахар. Дали сначала 1 кг, но потом оказалось, что эвакуированным дают по 1 кг на человека, и мама после скандала с лавочницей «выцарапала» у нее еще 1 кг. Итого получили 2 кг. Один оставили к новому году, а 2-й на сегодня и завтра. В данное время у меня съедено уже больше ½ моей порции.

Наташа сегодня утром ходила в Григорово за картофелем. Сильно замерзла. Пришла часа в 3-4. Сильно замерзла. Мешки она оставила в Григорове и говорит, что картошку завтра привезут.

Сводка сегодня: нами занятно несколько населенных пунктов. Японцы заняли Гонконг. До чего сильны.

31 декабря 1941 года

Сегодня ничего особенного не произошло. Дали еще 2 кг п.с. [постного сахара - прим.]

Сводка сегодня очень хорошая. Нами заняты Керчь и Феодосия. Это показывает, что наступление ведется по всему фронту. Уже больше недели у нас стоят очень сильные морозы. Картошку сегодня не привезли, так как боялись, что она по дороге замерзнет.

4 января

Сегодня опять стоит страшный мороз (по-моему, больше 30).

Окна все обмерзли изнутри, и поэтому у нас в комнатах очень холодно. Все утро сегодня читал «Цусиму». За какие-нибудь 3 часа прочел всю книгу. Оказалось, что это только 1ая часть. Было страшно обидно. Пришлось кончить на самом интересном месте.

Сводки мы сегодня не узнавали. Вчера занят Малоярославец. Позавчера – Калуга.

Получили письмо от Над. Ник. В нем она почти исключительно ругает свою невестку. Однако в нем сообщаются и довольно интересные факты. По ее словам, в Москве в январе открываются вузы. Очевидно также, что в Москве сейчас много пустых квартир. Так, например, в ихнем доме пустуют почти все квартиры. Так что в случае, если нашу измайловскую квартиру заняли, то первое время мы можем жить в одной из таких квартир.

Но вот самое главное событие, случившееся сегодня! Сегодня вечером к нас пришла Наташина знакомая. Она сказала, что получила письмо, в котором говорится, что в Москве открываются все институты, в том числе и медицинский, в котором она учится. Поэтому она решила ехать как можно скорее в Москву. Наташа, узнав об этом, решила ехать вместе с ней, рассчитывая, что вскоре откроется университет.

Они решили завтра идти в НКВД, чтобы получить себе пропуска. Однако очень возможно, что пропуска им не дадут и у них ничего не выйдет.

Вот уже месяц мы не получаем писем от папы.

Не взяли ли его в Армию?!

Шансы на отъезд в Москву, к моему ужасу, с каждым днем уменьшаются. Дело в том, что мама боится не найти в Москве работу, а также боится, что весной начнется новое наступление на Москву. Я сам немного опасаюсь последнего, но все же всеми силами уговариваю ее ехать.

Наташу выгнали из школы за плохое поведение на ее уроках. Немецкий теперь будет вести мама.

29-го и 30-го были довольны сильные налеты на Москву.

5-го

Наташа в Москву решила не ехать, так как мы сегодня получили письмо от папы, где пишет, что университет эвакуировался в Ашхабад и когда вернется, неизвестно. Сейчас, как пишет папа, он занимается своим обычным занятием: сокращением. Забавно так же то, что вместе в составе университета эвакуировались 40 профессоров и… 3 студента. Таким образом выходит, что 40 профессоров будут учить 3-х студентов. В Ашхабаде ведро воды стоит 100 руб.

Зоя сейчас лежит в Морозовской больнице. Ей делали тяжелую операцию, долбили череп. Сейчас она медленно выздоравливает.

Работу, папа пишет, можно достать в школе медсестер.

Сегодня дали еще ½ кг постного сахара. У мама от этого «сахара» уже около недели страшное расстройство желудка. Мы узнали, что его делали для Красной Армии, но забраковали и теперь раздают колхозникам.

7-го января

Сегодня получили письмо от Костиной мамы. Она пишет, что сейчас очень трудно с выездом в Москву. Пускают только тех, у кого есть вызов с места работы. Относительно жизни в Москве она пишет, что там жить вполне можно и даже лучше, чем где бы то ни было. Она собирается также съездить на нашу квартиру и все узнать.

10-го

Сегодня окончательно решится судьба нашего отъезда в Москву. Дело в том, что мама сегодня решила идти в Ляхи, чтобы зайти к доктору, взять от него бумажку о том, что ей необходимо ехать в Москву (для лечения рентгеном) и пытаться с этой бумагой для всех нас получить пропуск у Бирюкова. С ней пошла и Наташа.

Однако сегодня мы относительно этого ничего не узнали, так как мама осталась ночевать у Якоб. Наташа также ничего не знала, так как разошлась с мамой еще до того, как та была у доктора.

Несколько дней тому назад наши взяли Боровск.

11-го

Сегодня с самого утра с волнением ждали возвращения мамы из Ляхов. Наконец она пришла, очень усталая. Отдохнув, она стала рассказывать все по порядку. Оказалось, что доктор вчера не принимал и мама пошла к нему на дом. Справку он дал очень неохотно. В ней было сказано, что «Г.В. Соболевой необходимо лечение рентгеном при таком-то институте в Москве. Ночевала мама у Якоб, а наутро пошла хлопотать насчет пропуска. Оказалось, что райисполком сегодня закрыт, а Бирюков (как ей сказали) уехал в Усад. Несмотря на это она пошла к нему на дом и застала его во дворе, пилящим дрова. Бирюков, прочтя справку от доктора, посоветовал было ей ехать в Шимировское, говоря, что там тоже есть рентген, но когда мама объяснила ему, что в Шимировском «Федот да не тот», он велел ей завтра приходить (ура!) насчет пропуска. Он велел ей также завтра зайти к начальнику НКВД Сосину.

Вечером на радостях ходили слушать патефон к Шуриной маме.

Парамонова дала маме записку на Тамарку. Идти пешком немыслимо: дорогу занесло. Вечером ходил с этой запиской к конюху. Лошадь будет. Я поеду тоже.

12-го

Выехали часа в 2. Лошадь была ничего, и мы приблизительно полдорогие ехали рысью. Вообще до Ляхов доехали минут за 30-40. Прежде всего заехали в НКВД к Сосину. Я остался ждать маму на улице, но скоро очень замерз. Тогда я привязал лошадь к телеграфному столбу и пошел в коридор греться. Скоро вышла мама, очень расстроенная. Оказалось, что Сосин никому не дал пропуск, а маме дал только бумагу к нач. муром. ст. с просьбой выдать ей билет. Несмотря на это он советовал маме семьей ехать в Муром и там просить начальника станции дать всем нам билеты. Я был страшно огорчен всем этим и едва не ревелю.

Из НКВД поехали в Райисполком к Бирюкову. В исполкоме мама встретила урвановского пред. кол. А.И. Чуднова. Он ее звал к себе в Урваново и обещал дать из Урванова в любое время лошадей в Муром.

Бирюков, узнав об отказе Сосина, сказал, что ничего не может сделать. Однако он дал ходатайство к начальнику станции, где просит его оказать нам помощь в получении билетов.

Теперь какие же у нас планы? Мы решили ехать числа 20-го: раньше нельзя, так как расчет мама сможет получить только 19-го января. По дороге останавливаемся в Урванове у Пудовых. На следующий день мама поедет в Муром и будет хлопотать там билеты. Если это удастся, то мы все на следующий день едем в Муром, а оттуда в Москву. В обратном случае мама едет в Москву одна и хлопочет там нам пропуск. Мы же в ожидании его живем в Урванове. В самом худшем случае (о чем я боюсь и подумать) нам придется на долгое время остаться в Урванове, а мама будет присылать нам деньги. Но повторяю: я не могу этого себе даже представить.

Надюсь, что нам всем дадут билет, если не нач. ст., то в Муромком НКВД. Наташе, в крайнем случае, придется ехать отдельно.

18-го

Сегодня ходил с Наташей за шиповником за Оку. Конечно, были уверены, то никакого шиповника не найдем, а шли главным образом так, погулять. Однако нам посчастливилось, и мы набрали стаканов 5-7. Думаем отвезти их папе. Он его любит. Могли бы набрать и больше, но пожалели Тобика, который бежал за нами на трех лапах и через каждые 10 шагов скулил (замерз). Когда шли обратно, ветер дул нам в лицо и мы сильно замерзли. Вообще теперь стоят сильные морозы - -20. Дома шиповник оттаял, и мы его почти весь поели. Он довольно вкусный, но свежий все-таки вкуснее, так как у этого пропадает аромат.

Так папа и остался без шиповника.

За последнее время наши взяли гг. Медынь (где-то около Малоярославца), Людиново (севернее Брянска), Верею, Тихонову Пустынь, ст. Дорохово и еще какие-то никому не известные города. Таганрог и Можайск еще немецкие. Получил письмо от Кости. На днях получили письмо от Н.Б. Они в Кирове. Литр молока там стоит 60-70 р. Пуд муки – 400 р, и т.д. Однако они сыты и «даже очень».

Недавно получили письмо от папы. Он пишет, что в Москве почти что никого не прописывают. Одновременно получили телеграмму «Учтите трудность пропуска» от него же. Но все это для нас не новость. Мы прекрасно знаем, что в Москве нас ожидает много трудностей.

Ехать думаем во вторник. Во всяком случае придется переждать морозы.

Хлеб в Москве убавили на 100 г.

Пишу отмороженными руками, что сразу видно.

 

Из воспоминаний:

«И вновь Муром, где мы провели несколько недель в томительном ожидании вызова с работы, без которого въезд в Москву был запрещен. Все попытки мамы добиться пропуска в Москву через муромскую милицию горисполком были безрезультатны. Вызов, а с ним и пропуск в Москву быль получены лишь в середине февраля.

Ехали мы в Москву так же, как и полгода назад, в переполненной теплушке и черепашьим шагом.

Google Plus
Вконтакте
Одноклассники